– Очень приятно, господин Шарпильон, – заметил лакей.

– Он мне сказал: «Шарпильон! Передашь сто су служанке гостиницы „Великий Турок“ на площади Сент-Андре-дез-Арк, пусть оставит за мной комнату». А где ваша служанка?

– Это ни к чему! Я сниму для него номер ничуть не хуже, чем она.

– Ну нет! Раз вы его не знаете…

– Это совсем не обязательно для того, чтобы снять комнату.

– Аи впрямь! Не так вы глупы, как кажетесь!

– Благодарю!

– Вот сто су. Так вы сможете его узнать, когда он приедет?

– Господин Пуарье?

– Да.

– А он себя назовет?

– Ну конечно! У него нет оснований скрывать свое имя.

– В таком случае я провожу его в одиннадцатый номер.

– Как увидите толстого весельчака, закутанного в кашне и в коричневом рединготе, смело можете сказать: «Вот господин Пуарье». А засим, спокойной ночи! Да хорошенько натопите одиннадцатый номер, ведь господин Пуарье – мерзляк… Да, вот еще что. Мне кажется, он обрадуется, если в номере его будет дожидаться хороший ужин.

– Договорились! – кивнул лакей.

– Ох, как же это я мог забыть!.. – запричитал мнимый Шарпильон.

– Что такое?

– Да самое главное! Он пьет только бордо!

– Отлично! Бутылка бордо будет ждать его на столе.

– В таком случае ему нечего больше и желать, кроме как иметь такие же глаза, как у тебя, чтобы смотреть в сторону Бонди, дабы убедиться, не горит ли Шарантон.

Расхохотавшись собственной шутке, мнимый форейтор покинул гостиницу «Великий Турок»

А через четверть часа у ворот гостиницы остановился кабриолет, из которого вышел господин, в точности соответствовавший описанию Шарпильона, и представился г-ном Пуарье, его уже ждали, и лакей проводил его в одиннадцатый номер, куда уже был подан прекрасный ужин, бутылка бордо стояла на положенном расстоянии от огня и согрелась в достаточной мере, как и положено, перед тем как за нее возьмется истинный гурман